Легенды из книги «Шорский фольклор»

1

У хозяина горы Падыган младший сын был. Они вдвоем в другую тайгу девушку сватать пошли. Той горы хозяин им чашку с водкой подал. Сын его (хозяина горы Падыган), ту чашку взяв, вперед отца выпил. Потом отец его, рассердясь, ребенка [его] ударил. Как ударил, темя его пробил. Его кровь, ручейком сделавшись,   потекла. Этот ручеек Соль впадает в Мрассу.  

2

Весною, пока еще на дереве не распустились листья, пока еще на земле не выросла трава, — тогда хозяин горы кричит. Также и осенью, когда трава, засохнув, клонится, когда листья деревьев, засохнув, опадают. Уши горы осенью начинают лучше слышать. Тогда (снова) кричит.  

3

Зимою к реке Кызас я шел. Хозяин горы меня позвал. Голос я услы­шал: «Каритон!» — кричал (он). Я не откликнулся. После этого, дома отец сказал: «Хорошо, что ты голоса не подал, иначе худо бы было: ты б сошел с ума».  

4

В верховьях Абакана на Казыргане, на промысел когда я ходил, хозяин горы позвал: «Сюда иди!» [говоря] «Что ты за человек?» — говорит. Я не откликнулся,— ушел. Если откликнуться, (хозяин) душу человека уносит внутрь горы и запирает. (Тогда) тот человек, [так] сойдя с ума, умрет.  

5

В верховьях реки, называемой Кайлозы, стекающей с (хребта) Абакан, есть таскыл по имени Казырган. Там мы охотились. Когда туда на промысел мы ходили, я белку подстерегал. Отец же ушел [оттуда] дальше, белку выслеживая. Потом, когда белку я подстерег, (какой-то) человек один раз позвал, два раза позвал. Когда  в третий раз я откликнулся: «Микит,   иди!» — говорит. [Я говорю]   «Хорошо приду!» — говорю. Когда пошел, там никого не было. Отца я повстречал. «Зачем пришел?» — говорит. Я говорю:«Я пришел, потому что ты меня звал!» Оказалось — то хозяин горы кричал.  

6

Охотясь, я увидел: среди густого хвойного леса россыпи камня упали. Между тех россыпей снег растаял, (и получилось) будто дымовое отверстие. Из того углубления дьш выходит. Туда дойдя, каиком снег черпнув, туда, насыпал.

Насыпав, ушел. Когда шел, сзади за мной человек кричит: «Если шапку твою не дашь, то хоть рукавицы дай!» — говорит. Я ничего не дал, — ушел. Идя, я оглянулся — из давешнего углубления человек руку высунул. Он  трижды просил: «Если шапку твою не дашь, [твои] рукавицы дай!» — говоря. Я ни шапки, ни рукавиц не дал,— ушел.  

После, когда с промысла пришел, заболел. Шамана заставил камлать. Тот шаман мою душу из далекой тайги принес. Оказывается, этой горы хозяин мою душу унес. Если бы я в то время [мою] шапку или рукавицы отдал, я бы там же умер. Шаман сказал: «В то время из Абаканской тайги один хозяин горы пришел (с другим) рассчитаться. Когда они вдвоем рас­считываясь сидели, я [в то время] снегу туда сбросил. Тот (ком) снега хозяину горы Абакана прямо в глаз попал. После этого он стал просить у меня вещи».

Из книги «Шорский фольклор», Дыренкова Н. П.

Добавить комментарий

Поделиться